Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на «The Moscow Times. Мнения» в Telegram

Подписаться

Позиция автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

Как женщины теряют в правах из-за войны

В феврале этого года мы, авторы и ведущие подкаста «Привет, ты иноагент», получили сообщение от нашей слушательницы: она против войны, но ее брат ушел наемником в ЧВК «Вагнер». Для нее это была катастрофа.
Надежда, что мужчины вернутся, не оставляет русских женщин телеграм-канал «Пора домой»

Она написала нам, потому что ей было не с кем об этом поговорить. Мы решили найти и других женщин, чьи братья выбрали войну — и в октябре у нас вышел целый сезон под названием «Сестры»: о войне и ее последствиях глазами российских женщин. Как война влияет на роль женщин в обществе и что делать, если ты любишь своего брата, но считаешь его военным преступником?

Больше чем два года назад подкаст «Привет, ты иноагент» начинался как реалити о жизни в статусе иноагентов — но после начала войны в Украине его авторы сместили фокус на истории других людей. В ноябре подкаст в России заблокировал Роскомнадзор, теперь он недоступен на российских платформах, но его можно послушать на всех остальных.

Сестринская помощь

«Сестры» — это восемь эпизодов о сегодняшнем состоянии российского общества, о том, что ждет близких участников войны, да и всех нас после их возвращения с фронта. Мы наблюдали за тремя обычными российскими семьями больше чем полгода. Нашим соавтором в этих историях стала сама действительность — почти все они закончились трагически.Наши героини были очень откровенны. Все они живут и работают в России. Вот антивоенно настроенная девушка вынуждена покупать своему брату одежду на войну, а другая, психолог по профессии — оказывать психологическую поддержку солдатам из батальона ее брата. Героиня, с которой начался подкаст, записывает свой разговор с братом-вагнеровцем — и это, как принято говорить, документ эпохи. Она честно пытается понять мотивацию молодого мужчины. Еще вчера вы вместе слушали «Касту», но как сохранять близость, если сегодня твой брат идет убивать «нацистов» в Украине? Один из братьев уходит на войну просто потому, что дома ему «скучно»: надоела понятная низко оплачиваемая работа, маленький российский городок без перспектив.

В процессе работы над сезоном мы получили много сообщений с похожими семейными историями. Женщинам страшно и стыдно за своих близких, они не знают, что делать, как об этом говорить и с кем. Не общаться с родным человеком из-за его решений, которые ты никогда не сможешь принять? Или пытаться переубедить? Просто ждать с войны? Наши героини осуждают выбор своих близких, но при этом они движимы любовью и желанием понять: как в одной и той же семье можно разговаривать на разных языках?

А еще героини подкаста вынуждены разделять с братьями, взрослыми мужчинами, ответственность за их выбор. Сначала сестры пытаются отговорить их, а когда это не получается, — не отворачиваются от них, а находят их в госпиталях, заботятся в их отсутствие об их семьях и пожилых родителях.

Поражение в правах

Пока «герои» принимают одно инфантильное решение за другим и на собственном опыте убеждаются, что в войне нет ничего веселого, женщины в тылу теряют права. Проигрывают и те, кто выступает за консервативную роль женщины в обществе, и, само собой, те, кто за либеральные ценности.

Но ни тех, ни других никто не спрашивал, забирая мужей на бессрочную войну, — и вот женщины в декрете тянут на себе весь быт. А потом получают назад человека, которого навсегда изменила война, и физически, и психологически. Государство, не слишком озабоченное психологической реабилитацией и ресоциализацией участников войны, предлагает вернувшимся сеансы с психологом по желанию — к которому настоящий «герой» конечно же не пойдет. Или женщины получают «груз 200» — им списывают кредиты и выплачивают огромные «гробовые», но все это идет в комплекте с одиночеством и сиротством.

Неудивительно, что недовольство среди этих женщин растет — об этом говорят их теперь уже ежедневные обращения к Владимиру Путину в телеграм-канале «Путь домой» и озабоченность Кремля женской повесткой. Что в ответ? Безумные инициативы запретить аборты, вернуть в школу уроки борща и молотка и другие не менее бессмысленные попытки государства насадить традиционные ценности. Это способ отвлечь наше внимание? Может быть, но вот только кому женщины будут готовить эти борщи? Возвращать мужчин с войны никто пока не собирается. 

Язык насилия

Те, кто все же возвращаются домой из-за ранений или по окончанию контрактов, как правило начинают говорить с женщинами на языке насилия. Один из героев нашего подкаста после ранения демобилизовался, начал пить и убил собственную бабушку — подобных историй в СМИ все больше и больше. И военное, и послевоенное общество всегда демонстрирует возросший уровень насилия: люди к нему привыкают. Но до войны был шанс получить помощь — например, от центра «Насилию.нет». Сейчас это хоть и работающий, но официальный иноагент — а значит враг государства. Поддержки ждать неоткуда в том числе потому, что власть не одобряет рассказов о деяниях «героев», вернувшихся с фронта.

Вместо того чтобы разработать закон о домашнем насилии, депутаты просят женщин не преувеличивать проблему ПТСР. Директор центра «Насилию.нет» Анна Ривина в нашем подкасте говорит, что дальше будет еще хуже: у женщин уже нет права выступать как равноценный участник политических процессов, ее удел — борщ. Российское общество до сих пор считает, что лучше хоть какой угодно мужчина — инфантильный, израненный войной, но свой, но в семье. А значит, десятки тысяч российских детей вырастут с убеждением, что насилие — это норма, насилие — это когда папа дома.

Остановить рост насилия — и то далеко не сразу — может только прекращение военных действий. Но в планы российских властей это не входит.

 

Слушайте истории российских женщин в подкасте «Привет, ты иноагент»

читать еще

Подпишитесь на нашу рассылку